Промышленность «следов» не показывает

«Углеродный след» предприятий Санкт-Петербурга и Ленинградской области нуждается в достоверном учете
Возобновляемы источники энергии – это вишенка на торте, которого нет

В числе других тем на Петербургском международном газовом форуме заявлены уже «традиционные» темы, не исчезающие из глобальной и российской информационной повестки — углеродно-нейтральное энергоснабжение, декарбонизация, устойчивое развитие. Недавно низкоуглеродная тематика начала проникать и в регионы: например, власти Ленинградской области анонсировали создание технопарка для размещения декарбонизированного производства, в том числе – и карбонового полигона. Вместе с тем пока потенциал низкоуглеродного производства в Санкт-Петербурге и Ленинградской области нельзя оценить однозначно.

За последние несколько лет в регионе наблюдается небольшое снижение объемов выбросов парниковых газов и по большей части это вызвано постепенным переводом угольных и мазутных котельных на природный газ: по плану последняя угольная котельная переводится на газ в 2029, а мазутная – в 2026. Однако на самом деле это снижение стало наиболее заметно исключительно из-за текущего качества учета. По данным Комитета по природным ресурсам администрации Ленинградской области распределение доли выбросов парниковых газов за 2014-2018 гг. от общего значения выглядело следующим образом: наибольший вклад в эмиссии парниковых газов вносит сектор «Энергетика» (71,6%), вклад сектора «Промышленные процессы и использование продукции» составляет 7,4%, выбросы сектора «Сельское хозяйство» — 5,5%, сектора «Землепользование» — 11,6% и сектора «Отходы» — 3,8%. Такое положение вещей объясняется тем, что именно энергетические компании больше всех контролируют ситуацию с выбросами, поэтому в этом секторе данные наиболее полные.

Конечно, некоторые современные промышленные компании пытаются снизить объемы выбросов. Но, как уже говорилось, в этой группе есть большие вопросы с учетом и данные по сектору «Промышленные предприятия», на мой взгляд, менее достоверны, чем данные сектора «Энергетика». Кроме того, существуют два принципиально разных подхода к этому вопросу. На территории Санкт-Петербурга и Ленинградской области работает много иностранных производств (Philip Morris, Unilever и др.), которые всячески стараются снизить объем выбросов СО2, хотя их мотивация сугубо рыночная. В Европе, если ты не занимаешься этим вопросом, твоя продукция становится менее конкурентоспособной. То же самое относится и к петербургским предприятиям, ориентированным на экспорт. Но вот те промышленники, которые производят продукция для внутреннего рынка, практически не интересуются данной темой. Пока бизнесу не хватает экономической мотивации, которая будет, если на конкурентном, государственном рынке, или даже в рамках региональных требований, появятся механизмы контроля возврата в ресурсный цикл всех типов отходов, в том числе и выбросов СО2. Это может стать выгодным, а не убыточным процессом.

Что касается перспектив снижения объемов выбросов СО2 в Санкт-Петербурге и Ленинградской области за счет энергетики, то значительно снизить данные показатели не получится. Как минимум потому, что генерация в нашем регионе относительно «чистая»: это атомная энергетика (Ленинградская АЭС), множество ТЭС на природном газе и небольшая доля гидроэнергетики (несколько каскадов малых ГЭС на территории Ленинградской области). Единственное, за счет чего могут снизиться объемы выбросов, это за счет снижения потребления электро- и тепловой энергии и увеличения доли потребления атомной энергии, при условии запуска дополнительных блоков на Ленинградской АЭС. Но это маловероятно, поскольку существующие ТЭС на природном газе вряд ли перейдут исключительно на режим теплогенерации – тогда они просто обанкротятся. Тем более, что в Ленинградской области, как и во всем Северо-Западном регионе, наблюдается профицит электроэнергии.

Сегодня, как это ни странно, к группе «Энергетика» отнесены еще и транспортные компании (авто- и железнодорожный транспорт) и около 35% выбросов в рамках группы сейчас приходится именно на этот сегмент. Если говорить о перспективах, связанных с развитием экологического транспорта (электрокары, газомоторный транспорт на компримированном и сжиженном природном газе), то, опять же, глобальных перемен в ближайшее время ждать не стоит. Например, как сообщает агентство «Автостат», за 2020 год в Санкт-Петербурге было приобретено только 69 электромобилей; рынок транспорта на метане растет быстрее, но, опять же, не так быстро.

Возобновляемы источники энергии (ВИЭ) – это вишенка на торте, которого нет. Они регион не спасут. Во-первых, из-за профицита электроэнергии ВИЭ как-минимум нецелесообразны с экономической точки зрения. Во-вторых, в нашем регионе нет необходимых условий (например, низкий уровень инсоляции) для полноценного развития ВИЭ. Наконец, понятно, что у ВИЭ очень низкий коэффициент использования установленной мощности и прерывистая генерация, поэтому они не смогут обеспечить бесперебойное электроснабжение. То есть, даже активное развитие ВИЭ принципиально не повлияет на объемы выбросов, но вполне может добавить забот «большой» энергетике.

Еще теоретически могут быть перспективными карбоновые полигоны для сбора и полезной утилизации выбросов, ведь СО2 можно продавать – например в Европе уже начали использовать его в агропромышленном комплексе и химической промышленности. Технологии, в принципе, уже существуют. Но у меня есть ощущение, что у нас в стране пока этим практически не занимаются, хотя полезное использование СО2 могло бы существенно повысить экономическую рентабельность таких проектов.

В любом случае, чем быстрее мы обеспечим достоверный учет источников парниковых газов, тем быстрее мы получим полноценную картину происходящего. А, следовательно, будем понимать, какой сектор является наиболее крупным эмитентом СО2 и как можно исправить ситуацию в рамках этого сектора.