Между Пришвиным и Голдингом: на площадке «Скороход» представят постапокалиптическую мистерию
Московский театральный проект Ксении Зориной 16 и 17 апреля привезет в Петербург спектакль «Торф»
Режиссер Ксения Зорина трансформировала хорошо знакомое по школьной скамье произведение Михаила Пришвина «Кладовая солнца». Получилась больше не детская сказка о походе за клюквой, а постмодернистская притча о последних людях на земле, где уютные образы советской классики внезапно обретают остроту «Повелителя мух» Уильяма Голдинга.
Пространство спектакля представляет собой безлюдную послевоенную деревню. Дети, Настя и Митраша, остаются одни не просто в лесу, а в масштабе всей планеты. Их одиночество зеркально отражается в мире животных: у волков случился свой апокалипсис – люди истребили почти всю стаю, оставив лишь одного зверя, потерявшего смысл жизни. Даже преданная собака оплакивает своего хозяина, старого охотника Антипыча, чей уход оборвал последнюю связь между мирами.
Встреча этих одиночеств в глубине леса становится моментом истины. Герои встают перед выбором: искать личного спасения или пожертвовать собой ради другого. Ксения Зорина превращает путь детей в глобальную метафору инициации, где каждый шаг по хрупкой почве болота – это испытание веры и воли.
Особое, почти сакральное значение в постановке играет предметный мир. Сцена наполняется вещами с подлинной биографией, превращаясь в музей памяти под открытым небом. Здесь звучат музыкальные инструменты, сделанные из нижегородских дров, «оживают» новгородская глина и пензенские чугунки. Реквизит собирался по крупицам: от палок из Тимирязевского леса до рабочих ботинок, проделавших путь от Ямала до Крыма.
В ткани спектакля задействованы артефакты, хранящие тепло рук реальных людей: старые полотенца из Ленинграда, ремень деда, сшитые на уроках труда фартуки. Это «театр вещей», где каждый предмет – от латунных деталей Алены Романовой до корзин Александра Петлюры – становится свидетелем непрерывности жизни. Спектакль напоминает нам, что даже когда мир кажется разрушенным, человечность восстанавливается через сострадание и память, превращая «сказку ужасов» в гимн жизни, побеждающей смерть.
12+